After returning to Poznań, Pavel met me and, after a shared lunch in a small park, drove me to Zhora and Denis; Lyosha Fig 18 joined us there as well. I had missed my close friends, and the evening turned out long and dense. We talked a lot about everything that had accumulated during my absence.
October 13
The next day Lyosha came by so we could calmly go through all the work-related and organizational issues that had arisen while I was away. I handed him a signed catalogue by Karol Radziszewski Fig 16. Over the following days I worked a lot, almost without pauses.
October 16
Toward evening we went out for a walk Fig 2–6 together with Danylo and Zhora. We walked through the city and decided to show Danylo the cruising club Pakusa, which he had never visited before. After a tour of the dark rooms there, lying around in one of the rooms Fig 19–20, we talked about how queer art has changed over the past years – not so much formally as in its inner intonation and modes of articulation.
October 17
We went to a housewarming at Zhora and Denis’s place. They had moved some time ago but hadn’t yet thrown a proper party. During the day Zhora and I prepared a card and an announcement with balloons, and by evening Alexey and I arrived with gifts (I gave them my photographic gesture with a sickle, made in Venice). We inflated emerald metallic balloons, electrified them on our hair, and hung them throughout the apartment Fig 13–15/17/24–28. There were many guests, irony, and chaos.
October 19
At last I took Pavel out to a restaurant. We went for the first time to a new Ukrainian seafood place, where we ordered fish soup, second courses that were far too filling, oysters, and opened a bottle of wine. At last, after some time, we celebrated our anniversary, which we hadn’t managed to mark since August. It was already our seventeenth anniversary!
October 21
I went to the Academy of Arts for a lecture by Olaf Brzeski Fig 7–12. He spoke about his sculptural and post-sculptural projects: a lion made of grating and a hallucinogenic toad, inflated baroque porcelain, and volumetric drawings. After the lecture Lyosha and I sat for a while in the bar Psychedelia, which we had recently opened, discussing what we had heard.
October 22
Danylo Heorhiiev and Kamil Mizgala came to the studio Fig 1 Fig 21 – a transgender artist currently in residence at the Castle, preparing her final exhibition. Later Tomek Pawłowski-Jarmołajew stopped by and brought Filip Kijowski Fig 22, another queer artist and curator from Lublin. It turned out (almost shockingly) that none of them had ever been to the Dark Angel Club. I told them about the exhibition we had done there and decided to give them a short tour.
There were almost no visitors, but we settled comfortably in the porn room, drank beer, and talked about queer art against the backdrop of pulsating homonormative masculine pornography Fig 23/29. This symbiosis produced a wild yet remarkably precise dialogue about corporeality, sex work in art, and queer experience.
2025 Poznań Drift Queer Community
Fig 1: Phallus made of potato chips
Fig 2: Dove’s wings found again in the city
Fig 3: Acacia leaf fall on Szamarzewskiego
Fig 4: Renovation works on Mostowa Street
Fig 5: We finally made the inscription on the Arsenal facade
Fig 6: Surveillance cameras on Mostowa Street
Fig 7–12: Olaf Brzeski’s choreography
Fig 13: Alexey at the housewarming
Fig 14/17: Balloons in the apartment
Fig 15: Denis helping Zhora with a balloon
Fig 16: Alexey and the signed catalogue by Karol Radziszewski
Fig 18: Zhora and Alexey
Fig 19: At the Pakusa club
Fig 20: Danylo and Zhora at
Fig 21: Danylo, Kamil, and Delfina in the studio
Fig 22: Filip in the studio
Fig 23: Filip at
Fig 24: Nastya and Denis
Fig 25: Looking through the book
Fig 26: Lyosha and Alexandra
Fig 27: Boris meditating
Fig 28: Alexey demonstrating
Fig 29: Tomek, Filip, Delfina, Kamil, and Danylo at
© All photos by Sergey Shabohin, 2025
12–22 октября 2025 / Познань
Квир-экскурсии
12 октября
Вернувшись в Познань, меня встретил Павел и после совместного обеда в сквере отвёз к Жоре и Денису; туда же пришёл и Лёша. Я успел соскучиться по близким друзьям, и вечер получился долгим и плотным. Мы много обсуждали всё накопившееся за время моего отсутствия.
13 октября
На следующий день Лёша зашёл ко мне, чтобы спокойно обсудить все рабочие и организационные вопросы, возникшие за время моего отъезда. Я передал ему подписанный каталог Кароля Радзишевского. В следующие дни я много работал, почти без пауз.
16 октября
К вечеру мы вышли прогуляться вместе с Данилой и Жорой. Мы прошлись по городу и решили показать Даниле круизинг-клуб Pakusa, в котором он до этого не был. После экскурсии по дарк-румам там же, валяясь в одной из комнат, говорили о том, как за последние годы изменилось квир-искусство — не столько формально, сколько в своей внутренней интонации и способах высказывания.
17 октября
Мы пришли на новоселье к Жоре и Денису. Они уже давно переехали, но полноценной вечеринки ещё не устраивали. Днём мы с Жорой подготовили открытку и анонс с воздушными шарами, а к вечеру пришли с Алексеем с подарками (я подарил им свой фото-жест с серпом, сделанный в Венеции). Мы надували шары изумрудного металлика, электризовали их о волосы и развешивали их по всей квартире. Было много гостей, иронии и хаоса.
19 октября
Наконец-то я сводил Павла в ресторан. Мы впервые попали в новый украинский ресторан с морепродуктами, где заказали рыбный суп, вторые, слишком сытные блюда, устрицы и распили вино. Так, спустя время, мы всё-таки отметили нашу годовщину, которую с августа никак не удавалось отпраздновать. Это уже было наше семнадцатилетие!
21 октября
Пришёл в Академию искусств на лекцию Олафа Бжеского. Он рассказывал о своих скульптурных и постскульптурных проектах: о льве из решётки и галлюциногенной жабе, раздутом барочном фарфоре и объемных рисунках. После лекции мы с Лёшей посидели в недавно открытом нами баре Психоделия, обсуждая услышанное.
22 октября
В студию пришли Данила Георгиев и Камиль Мизгала и привели познакомить нас с Дельфиной — трансгендерной художницей, которая сейчас находится в резиденции в Замке и готовит итоговую выставку. Позже зашёл Томек Павловски-Ермолаев и привёл Филиппа Киёвского — ещё одного квир-художника и куратора из Люблина. Выяснилось почти шокирующее: никто из них никогда не был в Dark Angel Club. Я рассказал о выставке, которую мы делали там, и решил провести для них небольшую экскурсию.
Посетителей почти не было, зато мы удобно расселись в порно-зале, пили пиво и говорили о квир-искусстве на фоне пульсирующей гомонормативной маскулинной порнографии. Этот симбиоз выявил дикий и при этом удивительно точный диалог о телесности, секс-работе в искусстве и квир-опыте.